Кто он, памирский Шариков?
5 ноября 2021 года мэром города Хорог был назначен Назарзода Ризо, он же Руслан Шадиков. Наблюдение за этим персонажем показывает, что не только его фамилия созвучна с известным булгаковским героем.
Руслан Шадиков появился на свет 28 июля 1988 года в Хоруге. Учился в седьмой школе имени Гагарина и, по свидетельствам сверстников, был отличником и прилежным учеником, на редкость снискавшим доверие учителей и даже иногда заменявшим их на уроках истории и правоведения.
Но уже тогда у него пробивались качества настоящего оппортуниста и карьериста. Свидетельством тому является хотя бы то, что родившись Русланом Шадиковым, он поменял свое имя на Ризо Назарзода, чтобы быть ближе к политике партии и ее главы. Карьеру он начал в государственных молодежных организациях и трудился на разных должностях, включая руководящие. Назначение на пост председателя города Хорог в ноябре 2021 года стало неожиданностью, учитывая его репутацию доносчика и беспринципного человека.
На одном из собраний под руководством экс-председателя Ёдгора Файзова с участием силовиков он заявил, что памирцы якобы не имеют должного воспитания и должны многому поучиться у долинных таджиков — по его словам, как он сам. Ему деликатно напомнили, что памирцы всегда славились своей культурой, знаниями и чувством такта, и если у него были личные проблемы с воспитанием, не стоит проецировать это на весь народ.
Искренним было это заявление или сказано в угоду силовикам — тайна за семью печатями, но в контексте активной антипамирской политики оно явно сыграло свою роль. Ведь добровольные марионетки в этой политике — особая ценность.
На посту мэра и в постоянной компании силовиков Шадиков вдруг обнаружил ранее невиданную “храбрость” и “доблесть”, выходя на телевидение с категоричными заявлениями о необходимости очистить город от “преступной группы” во главе с Мухамабокиром Мухамадбокировым, Толибом Аёмбековым и прочими. Ссылаясь на верховенство закона, он почему-то забыл о главной заповеди права — преступника может признать только суд.
Примечательно, что при личной встрече с Мухамабокиром мэр не смог выдавить из себя ни слова в ответ.
Сегодня Шадиков на посту мэра занят не столько хозяйственными вопросами, сколько пропагандистскими мероприятиями, заседая с силовиками в городских районах с так называемой «воспитательной повесткой».
Как истинный «мастер воспитания», он предпочитает собираться в кабинете или на собраниях больше, чем заниматься практической работой. Такой чиновник часто увлекается бюрократическими формальностями и демонстративным присутствием в мероприятиях, не всегда принося при этом реальную пользу, ведь в этих «воспитательных» рейдах, ему удаётся вновь демонстрировать «решимость» и «доблесть».
Поведение нового мэра Хорога очень похоже на повадки главного антигероя романа Михаила Булгакова ««Собачье сердце»» — Полиграфа Шарикова.
Моральный смысл образа Шарикова — жесткая критика утраты человеческих ценностей и деградация личности в условиях насильственного преобразования. Шариков — результат научного эксперимента, превращения животного в человека, олицетворяющий низкую культуру, необразованность, беспринципность и карьеризм. Его поведение демонстрирует, как идеология без морали ведет к утрате подлинных человеческих качеств и превращению общества в классовое, где господствуют эгоизм и жестокость.
Образ Шарикова сатирически отражает трагедию попыток создать «нового человека» (в данном случае нового чиновника) искусственными методами, что заканчивается катастрофой как для личности, так и для окружающих. Через постоянные конфликты с творцами — профессором Преображенским и доктором Борменталем — Булгаков показывает опасность вмешательства в природу человека и недальновидность утопических проектов. В итоге Шариков становится символом деградации и разрушения, предостерегая от последствий, когда примитивизм и грубость (мэр ее может проявить только в нынешнем статусе) заменяют культуру и нравственность.
Шарикова — это предостережение против механизмов подавления человеческого достоинства и морального упадка общества под влиянием социальных и политических экспериментов, иронически показывающее несостоятельность безнравственного построения «нового человека чиновника».
