Рухшона Хакимова обратилась к президенту, но не получила его поддержки
По сообщению информационного агентства «Азия Плюс» таджикская журналистка Рухшона Хакимова, осуждённая на 8 лет по обвинению в «государственной измене», из тюрьмы обратилась с личным письмом к президенту страны, заявив, что её «единственная надежда» — на главу государства, однако в ответ получила отписку из генпрокуратуры.
В письме, копия которого оказалась в распоряжении издания, Хакимова просит президента лично вмешаться и пересмотреть её дело, настаивая на своей невиновности. Она объясняет, что её приговор связан с журналистским опросом о отношениях Таджикистана и Китая и подчёркивает, что в интервью с примерно 30 аналитиками и журналистами обсуждались лишь их личные мнения о «международной помощи Китая» и не затрагивались сведения, составляющие государственную тайну.
Хакимова указывает, что эксперты, с которыми она беседовала, не работали в силовых структурах и не имели доступа к секретной информации. В письме она просит президента взять дело под личный контроль и «восстановить справедливость», завершая обращение словами: «единственная моя надежда — на вас».
После отправки письма её родители получили ответ из Генеральной прокуратуры Таджикистана, где указано, что приговор признан законным и оснований для его отмены или изменения не усматривается.
За год с момента оглашения приговора к властям неоднократно обращались международные правозащитные организации, в том числе «Репортёры без границ», Human Rights Watch и Международная обсерватория по защите правозащитников, призывая пересмотреть дело и освободить журналистку. Кроме того, исследовательская организация Central Asia Barometer Canada направила письмо генеральному прокурору с просьбой обеспечить справедливое и беспристрастное судебное разбирательство по её делу. Родные и адвокат Хакимовой заявляют, что намерены продолжать добиваться её освобождения и планируют обратиться в Совет ООН по правам человека.
Рухшона Хакимова отбывает наказание в женской колонии в Нуреке, тогда как её двое малолетних детей живут с отцом и бабушкой с дедушкой в съёмном жилье в Душанбе. Родные рассказывают, что дети тяжело переживают разлуку с матерью и видятся с ней лишь на редких свиданиях примерно раз в месяц. Адвокат Туроб Дилаев подчёркивает, что Хакимова не признаёт вину и защита не намерена прекращать борьбу, планируя повторные обращения к президенту и в Генеральную прокуратуру с требованием пересмотра приговора. По словам адвоката, ключевой вопрос для семьи и сторонников журналистки остаётся прежним: «В чём вина Рухшоны?».
Заложница лояльности Пекину
Следует подчеркнуть, что история современного Таджикистана не знает примеров, когда президент страны лично реагировал бы на обращения своих граждан, даже если поднимаемые ими вопросы не имели прямого отношения к политике, тогда как дело Рухшоны Хакимовой, как известно, носит явно политический характер и, по ряду свидетельств, было сфабриковано в интересах главного партнёра Таджикистана — Пекина.
Именно недовольство Пекина, по некоторым данным, стало отправной точкой этого дела: таджикские власти, с одной стороны, продемонстрировали таким образом абсолютную лояльность китайскому руководству, а с другой — подали обществу очередной тревожный сигнал: Китай в Таджикистане фактически выведен из-под критики, а те, кто нарушит этот негласный запрет, понесут максимально суровое наказание.
На этом фоне особенно бросается в глаза срочный созыв заседания Совета безопасности по инициативе Эмомали Рахмона после обстрела граждан Китая со стороны Афганистана — редкий случай, когда глава государства проявил экстренную и публичную реакцию на происходящее, причём сделал это сразу после первого же сигнала из Пекина.
Подобная избирательность в реакции власти ясно показывает, что недовольство Пекина становится одним из ключевых факторов, формирующих не только внешнюю, но и внутреннюю политику Таджикистана, ещё больше обесценивая голоса и права собственных граждан.
