Детские браки и разводы по шариату: что изменил новый указ талибов
В Афганистане новый указ «Талибана» о разводе фактически подтвердил допустимость детских браков. Правозащитники и ООН предупреждают, что документ еще сильнее ограничивает права женщин и девочек в стране, где ранние браки остаются широко распространенной практикой. Афганские женщины, пережившие принудительные браки в детстве, рассказали афганской службе Радио Свобода о насилии, разводах и жизни после возвращения талибов к власти.
Неда было всего 12 лет, когда родители выдали ее замуж за дальнего родственника, которого она никогда раньше не видела. Девочка жила в Кабуле и ходила в школу, однако семья находилась в тяжелом финансовом положении.
По словам Неды, родители приняли решение из-за бедности, а также потому, что ее мать была неграмотной. Девочку отправили в дом 20-летнего мужа в отдаленном районе Дарваз на северо-востоке Афганистана.
«У меня даже еще не начались месячные. Я ничего не знала о браке или сексе», — рассказала она Радио Свобода. «Родители даже не спросили, хочу ли я выходить замуж».
Неда говорит, что родственники мужа заставляли ее выполнять всю домашнюю работу, а муж избивал ее, если она плохо готовила или убирала.
«Меня подвергали насилию всеми возможными способами», — говорит она. Имя женщины изменено в целях безопасности.
Спустя три года отец помог ей обратиться в шариатский суд для получения развода. Процесс занял еще два года.
Новый закон о разводе
Детские браки давно распространены в Афганистане, однако правозащитные организации утверждают, что после возвращения «Талибана» к власти в 2021 году практика усилилась.
14 мая талибы приняли новый закон о разводе под названием «О судебном раздельном проживании супругов». Документ впервые косвенно признает законность детских браков.
Согласно статье 5 указа, девочка, выданная замуж родственниками, может потребовать расторжения брака только после достижения половой зрелости.
«После достижения половой зрелости несовершеннолетняя имеет право расторгнуть брак», — говорится в законе.
До этого момента девочка не имеет права требовать развод. Более того, если после наступления половой зрелости она официально не возражает против брака, ее молчание считается согласием.
По данным медиков, половое созревание у девочек обычно начинается в возрасте от 8 до 13 лет.
Мнения исламских богословов по поводу возраста зрелости различаются: некоторые школы считают таким возрастом 15 или 18 лет, тогда как в ряде классических текстов указывается, что девочка может считаться достигшей зрелости уже в девять лет.
Миссия ООН в Афганистане (UNAMA) осудила новый указ, назвав его «еще одним шагом к разрушению прав женщин и девочек в Афганистане».
«Выделяя отдельную главу о раздельном проживании девочек, достигших половой зрелости и состоящих в браке, указ подразумевает, что детские браки разрешены», — говорится в заявлении UNAMA.
При этом мужчины могут инициировать развод, просто произнеся слово «талак» — арабский термин, обозначающий развод.
Закон и реальность
Согласно закону, девочка может обратиться в суд с требованием аннулировать брак, если муж «не обращается с ней по-доброму» или известен «дурным поведением».
Однако если муж отказывается разводиться, а женщина не может предоставить свидетелей в подтверждение своих слов, суд обязан принять сторону мужа.
Представители «Талибана» не ответили на запрос Радио Свобода о комментарии.
Правозащитники и многие афганские женщины говорят, что, хотя законы, основанные на шариате, формально позволяют женщинам добиваться развода, на практике процесс длится месяцами или даже годами и требует значительных расходов.
После возвращения к власти талибы запретили девочкам получать образование после шестого класса, а также ввели масштабные ограничения для женщин: запреты на работу, поездки и посещение общественных мест.
В консервативном и бедном афганском обществе многим кажется невозможным, чтобы несовершеннолетняя девочка могла обратиться в суд и убедить свидетелей выступить против мужа. Развод остается социальным табу и часто приводит к пожизненному осуждению женщины и ее семьи.
«Мы были вынуждены»
Родители нередко объясняют ранние браки бедностью, долгами и отсутствием безопасности.
Житель района Зиндаджан провинции Герат на условиях анонимности рассказал Радио Свобода, что испытывает «тревогу и сожаление по ночам» после того, как в 2025 году выдал замуж свою 15-летнюю дочь.
Мужчина заявил, что это было «единственным выходом» для спасения семьи от финансового и социального давления.
38-летняя Сана говорит, что новый закон напомнил ей о «украденном детстве». Ее выдали замуж в 13 лет после смерти родителей, когда старший брат стал ее официальным опекуном.
«Мне пришлось переехать из родного Балха в деревню мужа в провинции Саманган, где я занималась домашней работой и ухаживала за скотом», — рассказала она.
Сана пережила несколько выкидышей. Она мечтала учиться в школе, но ей этого не позволяли. Девушка тайно занималась по учебникам двоюродных братьев и сестер.
В 18 лет дядя помог ей подать на развод, который был одобрен спустя год. После этого Сана прошла женскую военную подготовку и позже служила в афганской армии.
Но общественное давление не исчезло.
«В глазах общества я была разведенной женщиной, служившей в армии», — говорит она. «Это означало женщину с “плохой репутацией”».
Позже она снова вышла замуж — второй женой пожилого мужчины. После падения прежнего правительства в 2021 году Сана потеряла работу и стала полностью зависеть от нового мужа, который, по ее словам, запрещает ей выходить из дома даже за медицинской помощью и постоянно напоминает о ее прошлом разводе.
Неда после развода смогла закончить школу и найти работу. Она мечтала о семье, однако, по ее словам, «большинство афганских мужчин не хотят жениться на разведенной женщине».
Позже она вышла замуж за безработного мужчину старше себя и родила троих детей. Но и этот брак закончился разводом.
«У меня было ужасное начало жизни, и я так и не смогла все исправить», — говорит Неда, которая сейчас живет в Пакистане как беженка и работает уборщицей, чтобы содержать детей.
«До прихода талибов женщины хотя бы могли работать и имели какую-то свободу», — говорит Сана. «Теперь это окно закрылось. Осталась только тьма».
