Афганцев выслали, а их имущество осталось: временное хранение или фактическое лишение собственности?
После выдворения афганских беженцев из Джаббор-Расуловского района их имущество осталось в Таджикистане под контролем властей. Обещание вернуть вещи «когда они смогут приехать» при отсутствии реальной возможности возвращения превращает вопрос хранения в проблему возможного присвоения чужой собственности.
Спустя почти три месяца после выдворения афганских беженцев из Джаббор-Расуловского района власти Таджикистана впервые сообщили, что произошло с их имуществом. Как выяснилось, значительная часть вещей до сих пор находится на государственных складах.
Председатель района Олимбек Юлдошзода заявил, что перед отъездом семьи смогли забрать только часть имущества. Остальное было описано специальной комиссией, оформлено документально и передано на хранение.
«Когда они смогут приехать, подпишут необходимые документы и заберут его», — сообщил глава района.
Однако именно этот ответ вызывает наибольшие вопросы. По словам самого Юлдошзоды, сегодня в Джаббор-Расуловском районе не осталось ни одного гражданина Афганистана. Людей выдворили из страны, но власти не объяснили, каким образом они смогут вернуться для получения своих вещей. Не сообщается ни о специальной процедуре въезда для таких случаев, ни о возможности передачи имущества через доверенных лиц или международные организации.
В результате возникает ситуация, при которой имущество формально признается принадлежащим бывшим владельцам, но фактически остается под контролем государства. Если человек не имеет реальной возможности получить доступ к своей собственности, а механизм ее возврата отсутствует, такое удержание уже начинает выглядеть не как временное хранение, а как фактическое лишение людей их имущества — вплоть до риска его присвоения.
Высылка афганских беженцев произошла в начале мая. Тогда власти объяснили свои действия нарушениями миграционного законодательства и привели статистику преступлений, совершенных гражданами Афганистана. Однако возникает вопрос: может ли ответственность отдельных лиц служить основанием для исчезновения из района всей афганской общины, которая проживала там около 20 лет?
Среди выдворенных были семьи, работавшие на местных предприятиях и в учреждениях культуры, а их дети учились в местных школах. В результате из района была удалена целая община, а оставшееся имущество людей оказалось в ситуации правовой неопределенности.
С моральной точки зрения особенно проблемным выглядит то, что люди, которые годами жили в стране, были вынуждены покинуть ее, не получив возможности забрать все принадлежащие им вещи. Государство фактически поставило их перед условием: чтобы вернуть свою собственность, они должны снова оказаться там, откуда их уже выдворили.
Такая ситуация создает опасный прецедент: когда решение о высылке принимается быстро, а защита имущественных прав остается без четкого механизма, это превращает государственную меру в источник несправедливости и недоверия. Отношение к собственности человека не должно зависеть от его гражданства или обстоятельств, в которых он оказался.
