На конференции ОБСЕ призвали расследовать смерти памирских заключённых
Заместитель председателя Национального альянса Таджикистана Салим Султонзода призвал власти страны провести независимое расследование сообщений о пытках и смертях заключённых. С таким заявлением он выступил на проходящей в Варшаве конференции ОБСЕ по человеческому измерению, сообщает Payom TV.
Султонзода входит в правление ассоциации «Озодандешон» и представляет таджикскую оппозицию за рубежом. По его словам, особую обеспокоенность вызывает положение людей, осуждённых после событий 2022 года в Горно-Бадахшанской автономной области.
Варшавская конференция проходит с 5 по 15 октября и объединяет представителей государств, международных организаций и гражданского общества. Среди её основных тем значатся права человека, независимость судебной системы и предотвращение пыток.
Пять смертей в течение нескольких месяцев
В своём выступлении Султонзода назвал имена пятерых уроженцев ГБАО, умерших в заключении в 2025 году. Это Кулмамад Паллаев, Богшо Иматшоев, Аслан Гулобов, Музаффар Давлатмиров и Эроншо Мамадрахимов.
Эти сведения ранее подтверждала Human Rights Watch. По данным организации, все пятеро были задержаны после силовой операции властей в ГБАО в мае 2022 года. Паллаев умер в январе 2025 года, Иматшоев в феврале, Гулобов и Давлатмиров в июне, Мамадрахимов в июле. Правозащитники сообщали, что некоторые из заключённых имели серьёзные проблемы со здоровьем и могли не получать необходимую медицинскую помощь.
Султонзода заявил, что обстоятельства этих смертей должны быть установлены в ходе независимого и прозрачного расследования. Он также призвал обеспечить заключённым доступ к адвокатам, врачам и независимому мониторингу условий содержания.
Таджикские власти не публиковали подробных результатов расследований по каждому из этих случаев. Министр юстиции Музаффар Ашуриён ранее заявлял, что больные заключённые получают лечение и что в пенитенциарной системе созданы необходимые для этого условия. При этом он не комментировал обстоятельства отдельных смертей.
Власти называли операцию в Хороге и Рушане в 2022 году антитеррористической. Задержанным предъявлялись обвинения в терроризме и других тяжких преступлениях. Родственники некоторых осуждённых и международные правозащитные организации ставили под сомнение обоснованность приговоров, многие из которых выносились на закрытых процессах.
Независимо проверить заявления о пытках и ненадлежащем оказании медицинской помощи сложно из-за ограниченного доступа правозащитников и журналистов в места заключения.
Обращение в Международный уголовный суд
Султонзода также напомнил об обращении таджикских оппозиционных и правозащитных организаций в Международный уголовный суд. В апреле 2025 года две международные неправительственные организации и тогдашняя Партия исламского возрождения Таджикистана, позднее преобразованная в политическое движение «Исламское возрождение Таджикистана», передали в прокуратуру МУС материалы о предполагаемых преступлениях против человечности.
В обращении содержатся обвинения в адрес президента Эмомали Рахмона и других высокопоставленных должностных лиц. Таджикские власти эти утверждения не признают. Передача материалов в прокуратуру МУС сама по себе не означает начала официального расследования или подтверждения обвинений. О публичном решении суда по этому обращению пока не сообщалось.
На этом фоне Султонзода выразил обеспокоенность возможным выходом Таджикистана из Римского статута. Совет нижней палаты парламента 16 сентября рассмотрел проект постановления о прекращении действия документа. Однако официально не сообщалось, было ли постановление окончательно принято и передано на рассмотрение всей палаты.
Согласно статье 127 Римского статута, выход вступает в силу через год после получения соответствующего уведомления Генеральным секретарём ООН. Он не отменяет обязательств, возникших в период участия государства в статуте, и не прекращает рассмотрение вопросов, которыми суд уже занимался до вступления выхода в силу.
Султонзода призвал ОБСЕ и государства-участники следить за ситуацией в таджикских тюрьмах и добиваться расследования сообщений о пытках и смертях заключённых.
«Жертвы имеют право знать правду и иметь доступ к правосудию», — заявил он.
