После дела Бобоева таджикские оппозиционеры в Европе опасаются новых депортаций
Депортация Асадулло Бобоева из Германии и его последующее осуждение на 17 лет усилили тревогу среди таджикских оппозиционеров, живущих в Европе. Активисты опасаются принудительного возвращения на родину и всё меньше верят, что западные страны готовы обеспечить им защиту, сообщает Радио Озоди в материале, опубликованном на сайте Azattyq Asia.
54-летний Асадулло Бобоев состоял в оппозиционном «Движении за реформы и развитие Таджикистана», базирующемся в Европе. Немецкие власти депортировали его и 19-летнего сына в июне 2026 года после истечения срока действия вида на жительство.
Перед высылкой адвокаты и правозащитники предупреждали, что из-за критики таджикских властей Бобоеву на родине могут грозить задержание и жестокое обращение. Human Rights Watch призвала Берлин расследовать обстоятельства его депортации.
После прибытия в Душанбе Бобоева задержали. В августе родственники узнали, что он находится в следственном изоляторе Государственного комитета национальной безопасности.
По данным источников Радио Озоди, 21 сентября суд в Душанбе приговорил активиста к 17 годам лишения свободы. Среди предъявленных ему обвинений были призывы к экстремизму в интернете.
Таджикские власти не раскрыли обстоятельства дела, статьи обвинения и доказательства, представленные в суде. Редакции также не удалось получить комментарий представителей суда. Поэтому информация о приговоре пока основана на сообщениях источников, знакомых с делом.
Жене и дочери Бобоева разрешили остаться в Германии. Его сын после возвращения в Таджикистан был передан родственникам.
Депортация вопреки предупреждениям
Решение немецких властей вызвало критику правозащитников и политиков. Фракция Левой партии в Бундестаге направила правительству письменный запрос с требованием объяснить, почему Бобоева вернули в страну, где ему угрожало уголовное преследование.
На момент депортации немецкие ведомства не ответили на запросы Радио Озоди. Правозащитники считают, что дело Бобоева ставит вопрос о соблюдении принципа невысылки, запрещающего возвращать людей в страны, где существует реальная угроза пыток или жестокого обращения.
Случай Бобоева также повлиял на настроения внутри таджикской оппозиции в изгнании. Член запрещённой в Таджикистане Партии исламского возрождения Фарход Одинаев заявил Радио Озоди, что депортация из демократической страны с последующим длительным заключением деморализует активистов и подрывает их веру в международную защиту.
Другой собеседник издания, бывший преподаватель вуза, считает, что западные государства постепенно отходят от прежней поддержки демократических преобразований в Центральной Азии. По его мнению, это оставляет оппозиционеров один на один с угрозами со стороны властей стран происхождения.
Кто ещё был депортирован из Европы
Бобоев стал не первым таджикским оппозиционером, которого после высылки из европейской страны задержали и осудили в Таджикистане.
В 2024 году Фарруха Икромова приговорили к 23 годам заключения после депортации из Польши.
Билол Курбоналиев, которого власти связывают с запрещённым движением «Группа 24», получил десять лет после высылки из Германии в 2023 году.
Члена запрещённой Партии исламского возрождения Таджикистана Хизбулло Шовализоду депортировали из Австрии в 2020 году. В Таджикистане его приговорили к 20 годам лишения свободы.
Дилмурод Эргашев, высланный из Германии в 2024 году, был осуждён на восемь лет.
Таджикистан признаёт ПИВТ и «Группу 24» террористическими и экстремистскими организациями. Власти утверждают, что преследуют их сторонников в рамках борьбы с экстремизмом. Представители оппозиции и международные правозащитные организации считают многие подобные обвинения инструментом подавления мирной критики.
Опасения из-за транснационального давления
Таджикский активист Хисомиддин Розик, проживающий в Варшаве, рассказал Радио Озоди, что после серии депортаций оппозиционеры стали опасаться повторения подобных случаев. По его словам, власти также оказывают давление на его родственников, пытаясь добиться его возвращения в Таджикистан.
Государственный департамент США ранее относил принудительное возвращение таджикских политических диссидентов к проявлениям транснациональных репрессий. Под этим понимается преследование властями своих критиков за пределами страны через экстрадицию, депортацию, международный розыск, угрозы и давление на родственников.
Истории Бобоева и других осуждённых показывают, что предоставление убежища или проживание в европейской стране не всегда гарантирует защиту от возвращения. Для таджикских активистов главный вопрос теперь заключается не только в безопасности на родине, но и в том, насколько надёжными остаются гарантии европейских государств.
