Молчание сверху, истерика снизу: как отсутствие президента объявили «дезинформацией»
После двухнедельного исчезновения президента Таджикистана Эмомали Рахмона информационное поле ожило благодаря так называемым «ботам» из числа сотрудников государственных структур. Именно они первыми набросились на Радио Озоди с обвинениями в «дезинформации» и требованиями наказания журналистов. Вместо ответа на простой вопрос о местонахождении главы государства общественности предложили поток обвинений и демонстративной лояльности.
Характерным примером стал сотрудник администрации ГБАО Фируз Рамазон, бывший сотрудник Центра стратегических исследований. Человек с опытом аналитической работы, который, казалось бы, должен понимать базовую логику публичной коммуникации: если информация о болезни президента ложная, пресс-служба обязана её опровергнуть. Однако официального опровержения так и не последовало. Ни по поводу сообщений о возможном микроинсульте, ни по поводу выезда на лечение.
Более того, существуют объективные данные, которые невозможно игнорировать. Согласно открытым данным авиамониторинга, борт №1 президента Таджикистана совершал рейсы в Китай в конце января и вновь 13 февраля. Эти перемещения фиксируются публичными сервисами отслеживания полётов и не являются чьей-то интерпретацией.
Первым о выезде Эмомали Рахмона за пределы страны по медицинским показаниям сообщил Pamir Inside 9 февраля со ссылкой на источники в правительственных кругах. Позже Радио Озоди уточнило детали, указав со ссылкой на свои источники, что речь идёт о реабилитации в Китае. Это нормальная журналистская работа с источниками. В публикациях не утверждалось ничего сверх того, что сообщали информаторы. Никакой «дезинформации» в этой истории нет — есть отсутствие официального комментария.
В демократических странах, к которым Таджикистан формально себя относит, вопрос о местонахождении президента не считается подрывной деятельностью. Глава государства живёт и функционирует за счёт налогов граждан. Общество вправе знать, где он находится, в каком статусе, в какой стране проходит лечение и кто в этот момент исполняет его обязанности. Подотчётность власти — это не враждебность, а базовый принцип государственного устройства.
Однако вместо прозрачности мы видим скоординированную кампанию давления на оставшиеся независимые СМИ. Бюджетники, действуя синхронно и, по всей видимости, под кураторством силовых структур, нагнетают шум вокруг самой постановки вопроса. Складывается ощущение, что задача не в прояснении ситуации, а в том, чтобы создать атмосферу страха и самоцензуры.
В итоге всё выглядело странно и даже неловко. Чиновники среднего и низшего звена вдруг взяли на себя роль пресс-службы президента. Вместо официального разъяснения они начали объяснять, обвинять, требовать наказаний. Создаётся ощущение, что кто-то просто решил проявить рвение — услужить начальству, показать лояльность кураторам и быть «правильнее всех».
Когда обычный вопрос вызывает такую нервную реакцию, это говорит не о журналистах. Это говорит о том, насколько хрупкой оказывается система, ей проще шуметь и вводить людей в заблуждение если, чем спокойно объяснить очевидное.
Мнение от редакции
