Символы новой эпохи или бремя для бюджета: нефункциональные мегапроекты Таджикистана

Аукцион по продаже чайханы «Харбуза» в Гиссаре, объявленный на 12 декабря, уже состоялся, но информация о результатах до сих пор не публикуется. Независимо от того, нашёлся ли покупатель, сама история объекта стала показательной: в Таджикистане десятки монументальных зданий превратились в дорогостоящие, но почти неиспользуемые сооружения, которые ежегодно требуют значительных средств на обслуживание.

«Харбуза» — грандиозное здание в форме дыни — на протяжении более года выставлялась на торги с оценочной стоимостью 34,9 млн сомони, сопоставимой с трёмя миллионами долларов. Несмотря на многочисленные попытки реализовать объект, он долго оставался невостребованным, превращаясь в символ несбывшихся ожиданий и отсутствия продуманной модели эксплуатации крупных инфраструктурных проектов.

Открытая 27 октября 2015 года к 3000-летию Гиссара, чайхана должна была стать туристическим центром и архитектурной визитной карточкой региона. По проекту здесь могли работать около ста сотрудников, а знаменитый «этаж-дыня» был рассчитан на 1300 гостей. Планировалось создание «Центра таджикского плова» с участием ведущих шеф-поваров страны. Но спустя десять лет от амбициозных идей осталась лишь пустующая постройка.

Стремительный упадок проекта связан не только с экономическими реалиями. Здание стоимостью около 35 млн сомони было построено за счёт Муродали Алимардона — бывшего главы Нацбанка и владельца «Агроинвестбанка». После банкротства банка объект перешёл государству, которое оказалось не готово предложить жизнеспособную стратегию его использования. Турпоток в Гиссаре остаётся ограниченным, инфраструктура вокруг объекта слабая, а частные инвесторы не видят устойчивой бизнес-модели, позволяющей вернуть вложения.

Представители Госкоминвеста признают: главная проблема — цена, утверждённая постановлением правительства, которую нельзя снижать. Пока аукционы проходят регулярно, но желающих участвовать по-прежнему нет.

Витрина архитектурного размаха, лишённая функции

«Харбуза» — лишь частный пример системного явления. В Душанбе и других городах Таджикистана за последние десятилетия построено множество монументальных зданий, чья реальная загрузка далека от проектной. Сооружения, призванные демонстрировать модернизацию и статус, на практике часто оказываются малоиспользуемыми, создавая нагрузку на бюджет и превращаясь в своеобразные «музеи пустоты».

Ниже — ключевые объекты, которые долгое время вызывают вопросы у специалистов и общества:

Дворец нации (Душанбе)

Затраты: свыше 200 млн сомони
Используется только для редких церемоний и визитов иностранных делегаций, в обычной жизни простаивает. Объем средств на содержание объекта не публикуется, при этом здание не выполняет общественных функций.

Кохи Навруз

Затраты: около 150 млн сомони
Роскошные залы открываются в основном для официальных мероприятий и праздничных торжеств. В остальное время огромный комплекс остаётся пустым.

Национальная библиотека Таджикистана

Затраты: более 300 млн сомони
Один из крупнейших объектов подобного типа в Центральной Азии, но ежедневная посещаемость значительна только во время выставок и форумов. Большая часть помещений остаётся незагруженной.

Бизнес-центр «Душанбе-Плаза»

Затраты: около 100 млн сомони
Часть этажей пустует, эксплуатация высокотехнологичных инженерных систем требует больших расходов. Планы по превращению здания в деловой хаб реализованы лишь частично.

Национальный музей Таджикистана

Затраты: около 120 млн сомони
Посещаемость стабильна только на временных выставках. В обычные дни многие экспозиционные пространства остаются без посетителей.

Новый парламентско-правительственный комплекс (район площади Истиклол)

Затраты: более 400 млн сомони
Масштабные здания используются эпизодически, несмотря на статусные функции. Огромные площади остаются закрыты для широкой публики.

Тенденция, которой нет оценки

Случай «Харбузы» показывает не исключение, а очевидный симптом. На парадные проекты в стране тратятся миллиарды сомони, но многие объекты не имеют продуманной концепции использования, долгосрочной финансовой модели и реального спроса. Если столичные дворцы хотя бы иногда работают в рамках протокольной повестки, региональные гиганты вроде гиссарской чайханы могут годами стоять без дела.

Пока власти продолжают делать ставку на внешнюю репрезентацию, а не на функциональность, возникает главный вопрос:
сколько ещё подобных «витрин» способен выдержать государственный бюджет и общество, если польза для жителей остаётся минимальной?