Рост на бумаге, долги в жизни: социальная реальность Горного Бадахшана

Жители Горно‑Бадахшана рассказали Pamir Inside о постоянных долгах, взаимопомощи и борьбе за элементарные потребности на фоне официальных заявлений о росте региона.

Пока власти ГБАО публикуют позитивные отчёты о социально‑экономическом развитии региона, жители области живут в иной реальности, ежедневно решая задачи по выживанию в самом дорогом регионе Таджикистана.
В условиях изолированного высокогорного положения Горно‑Бадахшанская автономная область изначально оказалась в заведомо менее выгодных экономических условиях, чем долинные регионы страны, поэтому цены здесь традиционно выше.
При отсутствии доступа к рабочим местам добывание пропитания для большинства семей, которые не уехали в трудовую миграцию, превращается в тяжёлое испытание за выживание.
Цены на местных рынках отличаются от столичных на в среднем на 30%, и если в столице есть возможность приобретать свежие продукты (например, молочные или мясные), то область получает их с задержкой.
Почти все продукты область получает из вне, даже сельскохозяйственную продукции, так как в условиях ограниченных посевных площадей, аграрный сектор не имеет большие объёмы.

Сегодняшние цены на базовые продукты в административном центре области следующие:
мешок муки первого сорта — около 300 сомони, картофель — 7 сомони, лук — 5–5,5 сомони, мясо — 85 сомони, морковь — 5 сомони, растительное масло — 20–22 сомони за литр, сахар — 13 сомони за 1 кг, макароны — 13–15 сомони, яйца — 1,8–2 сомони за штуку, куриное мясо — 48–50 сомони за килограмм.

Электричество для населения ГБАО действительно стоит около 2,7 центов (с учетом курса доллара) за кВт·ч — пока это самый низкий тариф на электроэнергию в стране, но он был установленный еще в 2005 году – после этого население ГБАО в течение 10 лет оплачивало самую выскую цену на электричество.

Следуть напомнить, что тарифы для ГБАО установлены энергетической компанией «Pamir Energy», которая была взята под концессию 25 лет (до 2027 года), что позволило стабилизировать снабжение в регионе, но не индексировали его с учётом инфляции.

С окончанием концессии в 2027 году тарифы могут перейти на общереспубликанский уровень (сейчас 3,5–4,1 дирама/кВт·ч или ~4 цента, с ростом до 4,1 с февраля 2026-го), что ощутимо ударит по семейным бюджетам бадахшанцев, уже живущим на низких доходах.

Цены в отдалённых кишлаках и районах могут быть выше, особенно в Мургабе, где логистика и суровый климат существенно удорожают товары и услуги. Однако многих сельских жителей выручают собственные урожаи и животноводство, позволяя им частично обеспечить себя продуктами питания и снизить зависимость от рыночных цен на некоторые продукты.

Тем не менее это мало облегчает общую социально‑экономическую ситуацию и нередко вынуждает мигрировать не только молодёжь с семьями, но со временем и престарелых родителей, оставляя дома пустыми и фактически «закрывая» кишлаки.

Как Выживают жители?

Несмотря на позитивную статистику официальных органов ГБАО о создании рабочих мест, рынок труда на самом деле сильно ограничен низкооплачиваем. Основными секторами являются госучреждения, аграрный сектор, малый бизнес и до недавних лет Сеть Ага Хана по развитию. Однако на за последние годы большинство структур этой организации перестали работать и сотрудники остались без работы.

При этом средняя зарплата в ГБАО в 2025 году составила около 2300-2330 сомони (примерно $220–240), что ниже общереспубликанского уровня (2665 сомони) и значительно уступает Душанбе (3500+ сомони).

« Я работаю в госучреждении уже десятый год, а моя зарплата — чуть больше двух тысяч сомони. Жена тоже работник бюджетного сектора, вместе зарабатываем около 4000 сомони в месяц. У нас трое детей, и этих денег едва хватает, чтобы оплатить еду, одежду и школьные принадлежности. Всё подорожало — мука, мясо, масло и другие продукты. Мы живем в секционном доме и обогреваем квартиру электрическим обогревателем зимой и счет за свет достигает до 900 – 1100 сомони в месяц. Иногда вынуждены занимать у родственников или соседей, чтобы дотянуть до зарплаты, но у большинства такие же проблемы. Мы не мечтаем о роскоши — просто хочется, чтобы хватало на нормальную жизнь, чтобы дети не росли в нужде», – говорит один из жителей Хорога.

Другая жительница Хорога говорит следующее: «Нас очень выручают “гачи”. Это когда люди из нашего микрорайона объединяются и каждый месяц вносят определённую сумму. В конце года все получают свои деньги с небольшой прибавкой. Но такие вещи помогают только здесь и сейчас. Я, например, брала из “гача” деньги, чтобы починить трубы в бане и накрыть крышу, но потом было трудно вернуть долг — моя зарплата в госучреждении всего 2200 сомони, на продукты и то не всегда хватает. Иногда помогают дети, но у них свои семьи, свои заботы. Чтобы вернуть долг, пришлось взять кредит уже в банке, а он вышел ещё дороже. Просто выхода не было. И такая ситуация не только у меня — таких, как я, очень много. Почти у всех долги, кредиты, кто‑то в “гаче”, кто‑то за границей, чтобы хоть что‑то отправить домой. Такое ощущение, что ни у кого в городе нет денег. Все держатся из последних сил, экономят на всём, только чтобы как‑то выживать.»

По словам собеседников Pamir Inside, жители ГБАО в значительной степени полагаются не на институты и программы, а на собственные силы и поддержку друг друга. Кредиты, «гачи» и взаимопомощь внутри общины остаются основными способами справляться с повседневными трудностями. Несмотря на заявления о социально‑экономическом росте, для большинства семей жизнь сводится к постоянной борьбе за базовые потребности — тепло, продукты и финансовую устойчивость.