Радио Озоди: Китайские проекты в Таджикистане: экологический вред и привилегии для китайских рабочих
Согласно расследованию Озоди и РСЕ/РС, флагманские китайские инвестиции в Таджикистане — от «Зарафшона» до дорог — наносят экологический ущерб и болезни, но дарят китайским рабочим элитные зарплаты в разы выше местных, усиливая социальную напряженность и протесты шахтеров.
Китайские инвестиции в Таджикистан, включая горнодобывающие проекты вроде «Зарафшона», наносят серьезный ущерб экологии — жители жалуются на проблемы со здоровьем от загрязнения, от преждевременных родов до респираторных заболеваний. При этом китайские рабочие получают в разы больше таджикских коллег: инженеры из КНР зарабатывают 30–40 тысяч сомони, работая 8 часов в день, в то время как местные трудятся по 11 часов за 5–7 тысяч. Это неравенство провоцирует протесты и усиливает напряженность на ключевых объектах.
Протесты на флагманском руднике
После многих лет расширения — через горнодобычу, дороги и промышленность — китайские компании в Таджикистане сталкиваются с вызовами от местных сообществ. В ноябре на золоторуднике «Зарафшон» под Пенджикентом, одном из крупнейших в стране, таджикские шахтеры коллективно потребовали повышения зарплат. Их оклады — 2000–4000 сомони (215–430 долларов) — не поспевают за ростом цен, а работа крайне тяжелая и опасная.
Требования включали устранение разрыва с зарплатами китайских коллег, но компания отклонила их. Вместо базового повышения ввели скромные премии с 2026 года: 200 сомони ко дню рождения, 300 — к Новому году и 500 — к Наврузу. Шахтеры считают это недостаточным: «Премии хороши, но не меняют жизнь из месяца в месяц».
«Зарафшон», дающий 70% золота Таджикистана, — символ как возможностей, так и неравенства. Президент Эмомали Рахмон хвалил его в 2023 году, но сотрудники жалуются на непрозрачность и дискриминацию.
Экологический ущерб и отсутствие ответственности
Расследование Озоди (РСЕ/РС) в 2024 году подтвердило загрязнение от китайских проектов, включая «Зарафшон»: жители страдают от болезней, связанных с добычей. Таджикские власти отвергают обвинения, но недоверие растет — компании якобы работают безнаказанно.
Китай — главный инвестор: с 2007 года вложено 5,1 млрд долларов, 700+ предприятий. В 2024-м ратифицировано соглашение о защите инвестиций. Однако на «Зарафшоне» разделили бухгалтерию, чтобы скрыть разрыв в зарплатах: китайцы в 6–8 раз богаче, с меньшей нагрузкой.
В 2025-м прокуратура Пенджикента вынудила перевести 1000+ контрактников в штат, признав нарушения трудовых прав.
Безопасность под угрозой
Трудовые споры совпадают с атаками на китайцев. 30 ноября 2025-го в Дарвазе убили двоих на дороге Душанбе—Китай; ранее — троих на золоторазработке в Шамсиддин Шохине. Оба инцидента приписывают афганским террористам. Строительство трассы в Синьцзян приостановлено, что рискует отношениями с Пекином и экономикой Таджикистана.
Китайцы доминируют в золотодобыче (84% объема): «Покруд», TALCO Gold в Айни. Это растит экспорт, но усиливает зависимость.
Для шахтеров проблема остра: «Мы делаем тяжелую работу, но плоды достаются другим».
