35 лет независимости: чего достиг Таджикистан и кому принадлежат эти результаты
9 сентября Таджикистан отмечает 35-летие государственной независимости. В официальных выступлениях этот период обычно представляют как череду достижений под руководством Эмомали Рахмона. Но развитие страны нельзя свести к биографии одного политика. Pamir Inside разбирает, что действительно изменилось за эти годы, за счёт каких ресурсов и какую роль в этом сыграли государство, общество и внешние партнёры.
Мир как общее достижение
Главным результатом независимости стало прекращение гражданской войны. В 1997 году правительство и Объединённая таджикская оппозиция подписали мирное соглашение, положившее конец пятилетнему конфликту.
Этот успех нельзя приписывать только Рахмону. Соглашение стало результатом компромисса между властью и оппозицией, которую возглавлял Саид Абдулло Нури, а также посредничества ООН, России, Ирана и других стран. Созданная после подписания мира Комиссия по национальному примирению состояла из равного числа представителей двух сторон.
В дальнейшем власть постепенно вытеснила бывших участников оппозиции из политической системы, но сам мир остаётся общенациональным достижением, в котором участвовали обе стороны конфликта.
Государство было восстановлено, но институты не стали самостоятельными
После распада СССР и гражданской войны Таджикистану пришлось заново выстраивать систему управления. Были приняты Конституция, национальное законодательство и государственные символы, созданы собственные армия, пограничные структуры и органы власти.
Однако страна начинала не с нуля. Она унаследовала от Таджикской ССР кадровую, административную и инфраструктурную основу. Министерства, суды, прокуратура, органы внутренних дел и безопасности были реорганизованы, но во многом выросли из советских институтов.
За 35 лет государственный аппарат стал устойчивее, однако не приобрёл достаточной самостоятельности от президента. Парламент, суды и местные органы власти остаются частью централизованной системы, в которой ключевые решения принимаются узким кругом людей.
Экономика выросла, но рабочих мест по-прежнему не хватает
В первые годы независимости экономика пережила катастрофическое падение. С 1991 по 1996 год ВВП сократился более чем на 60%. Восстановление началось после войны при поддержке международных организаций, экспорта алюминия и хлопка, инфраструктурных проектов и денежных переводов мигрантов.
Результаты этого восстановления заметны. За последнее десятилетие экономика росла в среднем более чем на 7% в год, а в 2025 году ВВП увеличился на 8,4%. Строились дороги, тоннели, мосты, электростанции, школы и медицинские учреждения.
Снизилась и бедность. По оценке Всемирного банка, доля жителей, живущих менее чем на $4,20 в день по паритету покупательной способности, сократилась с 55% в 2010 году до 14,8% в 2025-м. По национальной методике уровень бедности в 2024 году составлял около 20%.
Но у этой модели есть слабое место, поскольку рост экономики не сопровождается достаточным созданием рабочих мест. В 2025 году заняты были около 36% населения старше 15 лет, а примерно четверть рабочей силы находилась за рубежом.
Переводы мигрантов составляли почти 48% ВВП в 2024 году и около 46% в 2025-м. Именно они поддерживают потребление, сокращают бедность и обеспечивают доходами сотни тысяч семей. Получается, что экономические успехи Таджикистана во многом созданы не только внутри страны, но и трудом её граждан за рубежом.
Независимость с внешними ограничениями
Россия остаётся главным направлением трудовой миграции и важным партнёром в сфере безопасности. В Таджикистане размещена 201-я российская военная база, а силовые структуры двух стран тесно сотрудничают. Это даёт Душанбе гарантии безопасности, но одновременно усиливает зависимость от Москвы.
Китай стал одним из крупнейших кредиторов, инвесторов и торговых партнёров Таджикистана. Китайские компании участвуют в строительстве, добыче полезных ископаемых, энергетике и промышленности. Эти вложения помогли обновить инфраструктуру, но одновременно усилили финансовое и экономическое влияние Пекина.
В 2011 году Таджикистан передал Китаю около 1 100 квадратных километров спорной территории на Восточном Памире. Власти назвали это окончательным урегулированием старого пограничного спора и подчёркивали, что Пекин отказался от значительно более крупных претензий. При этом некоторые депутаты признавались, что узнали о деталях соглашения незадолго до его ратификации.
Таким образом, Таджикистан получил возможность маневрировать между Москвой и Пекином, но пока не избавился от зависимости: безопасность и рынок труда тесно связаны с Россией, а инвестиции и промышленное развитие всё больше зависят от Китая.
Государство стало сильнее, гражданин свободнее не стал
За годы независимости Таджикистан добился мира, восстановил экономику, сократил бедность и укрепил государственный аппарат. Но политическая конкуренция почти исчезла, независимые СМИ оказались под давлением, а оппозиционные партии и движения были устранены из легального политического пространства.
В рейтинге Freedom House за 2026 год Таджикистан получил 5 баллов из 100: ноль за политические права и пять за гражданские свободы. Страна отнесена к категории несвободных.
История независимого Таджикистана почти совпала с историей власти одного человека. Эмомали Рахмон возглавил Верховный Совет в ноябре 1992 года, а в 1994-м стал президентом. С тех пор власть не менялась, а важные государственные должности постепенно заняли его родственники и близкие соратники.
Поэтому итоги 35 лет нельзя описать ни как сплошной успех, ни как полный провал. Таджикистан стал более стабильным, связанным дорогами и обеспеченным инфраструктурой государством. Уровень жизни заметно выше, чем после гражданской войны. Но эти результаты принадлежат не одному президенту. Они стали возможны благодаря мирному компромиссу, труду граждан, переводам мигрантов, международной помощи и работе нескольких поколений специалистов.
За 35 лет Таджикистан укрепил государственную независимость. Однако политическая свобода граждан и способность страны самостоятельно определять своё развитие по-прежнему остаются ограниченными.
