Рахмон назвал милицию защитником граждан. Почему жалобы на пытки редко приводят к приговорам
10 ноября в Душанбе, выступая на торжественном собрании ко Дню таджикской милиции, Эмомали Рахмон назвал милиционеров защитниками прав граждан и призвал их пресекать коррупцию, злоупотребление полномочиями и грубое обращение с людьми. Между тем правозащитники продолжают получать жалобы на пытки со стороны сотрудников МВД, а эксперты ООН отмечают, что обвинительные приговоры за пытки остаются редкостью.
8 января 2026 года милиционеры задержали 36-летнего жителя Куляба Максудджона Саидова по подозрению в распространении наркотиков. Его доставили в Душанбе на допрос. Вскоре тело Саидова передали семье. Знакомые мужчины рассказали «Радио Озоди», что видели на нём следы побоев.
Дело дошло до Верховного суда. Милиционеров обвинили в превышении полномочий и причинении тяжкого вреда здоровью. Статьи о пытках среди предъявленных обвинений не было. В июле источник «Озоди» сообщил, что трое сотрудников получили сроки от пяти до 13 лет, а двоих освободили по амнистии.
Десять месяцев спустя, 10 ноября, Эмомали Рахмон выступил на торжественном собрании ко Дню милиции. По его словам, каждый гражданин видит в сотруднике милиции защитника своих прав. Президент призвал милиционеров пресекать грубое обращение, коррупцию и злоупотребление полномочиями. Он также поблагодарил силовиков за политическую стабильность и перечислил, как государство поддерживает ведомство. Среди примеров были новые здания МВД, в том числе в ГБАО, оснащение подразделений и помощь семьям погибших сотрудников.
От жалобы до приговора
Ещё в 2023 году в статье «Пытки и загадочные смерти. “Моя милиция меня бережет”?» «Радио Озоди» описало несколько дел, похожих на историю Саидова. Семьи получали тела близких после задержания и заявляли о пытках. Ведомства оспаривали их версии. Дела по статье о пытках возбуждались редко.
За 2025 год Коалиция против пыток задокументировала 21 обращение о пытках и жестоком обращении. Двадцать касались сотрудников органов внутренних дел. В первом полугодии 2026 года правозащитники зафиксировали ещё 11 обращений, и все они касались сотрудников МВД. Это жалобы, которые дошли до Коалиции.
У прокуратуры свой учёт. Как указал Комитет ООН против пыток, с 2018 по 2025 год прокуроры получили 105 жалоб на пытки. За тот же период зафиксировано 13 обвинительных приговоров за пытки. Таджикистан ужесточил наказание по этой статье до 15 лет при отягчающих обстоятельствах. Но жалобы по-прежнему проверяют в основном прокуроры, тесно связанные с правоохранительными ведомствами, либо подразделения МВД, которые могут быть связаны по службе с теми, на кого жалуются.
Чего требовали в Хороге
В ГБАО жители попытались добиться такой проверки публично. 25 ноября 2021 года во время операции по задержанию в селе Тавдем погиб Гулбиддин Зиёбеков. Прокуратура ГБАО заявила, что он открыл огонь и был ранен ответным огнём. Очевидцы, с которыми поговорило «Радио Озоди», оспорили эту версию. Amnesty International пришла к выводу, что независимые свидетельства указывают на незаконное убийство, возможно, внесудебную казнь.
После гибели Зиёбекова жители Хорога четыре дня оставались на площади. Они разошлись после того, как власти пообещали расследование. Представители гражданского общества вошли в совместную с властями группу, но уже в декабре приостановили участие в её работе, заявив о вмешательстве областной прокуратуры. В мае 2022 года члены «Комиссии 44» рассказали «Озоди», что следователи уехали из Хорога, не сообщив им результатов.
В том же мае протесты возобновились, и власти снова применили силу. После операции из региона поступали сообщения о жестоком обращении с задержанными. Pamir Inside писал о гибели Абдурахима Гулобова. По сведениям издания и источников «Озоди», он умер 6 июля во время допроса в отделе милиции Хорога. Эти источники не приводили официального заключения о причине смерти.
У Amnesty International были свидетельства шести человек, переживших пытки или жестокое обращение под стражей в ГБАО, преимущественно до 2022 года. При этом правозащитникам не было известно ни об одной официальной жалобе от памирцев, задержанных после майских протестов. В Amnesty связывали это со страхом нового преследования.
Кого в итоге судили
В июне 2022 года Рахмон публично заявил, что сам отдал приказ о силовых действиях против людей, которых власти считали вооружёнными. По его словам, другого выхода не было. Четыре года спустя таджикская делегация в ООН по-прежнему оправдывала действия силовиков необходимостью защитить мирных жителей и пресечь деятельность преступных групп. К октябрю 2026 года, по оценке Международного партнёрства по правам человека, заметного прогресса в расследовании нарушений в ГБАО так и не было.
Зато состоялись суды над людьми, добивавшимися расследования. Фаромуз Иргашев и Манучехр Холикназаров, члены «Комиссии 44», получили длительные сроки. Рабочая группа ООН признала их лишение свободы произвольным.
Дело Зиёбекова показывает, что поддержка силовиков со стороны власти выражается и в том, как она отвечает на требования расследовать их действия. Президент публично обосновал применение силы в ГБАО. Семья Зиёбекова спустя почти пять лет всё ещё ждёт публичного ответа о том, кто несёт ответственность за его гибель. В этой ситуации рекомендация Комитета ООН о независимом расследовании сводится к конкретному вопросу. Кто может проверить версию ведомства, если руководство страны уже встало на его сторону?
