Китай строит Таджикистан — и пишет об этом сам

Пересказ материала Ван Аньни для CGTN

Китайское государственное издание CGTN опубликовало развёрнутый обзор китайско-таджикского сотрудничества. Автор — Ван Аньни. Тональность материала предсказуема для государственных медиа: триумфальная. Но цифры и факты, которые в нём приводятся, заслуживают внимания.

Торговля: рекорд и новая зависимость

В 2025 году Китай впервые обогнал всех конкурентов и стал крупнейшим торговым партнёром Таджикистана. Товарооборот достиг 4,3 млрд долларов — рост почти на 12% за год. Таджикский экспорт в Китай вырос и вовсе на 63%: вишня, курага, сталь, химия и полезные ископаемые. В обратную сторону идут электромобили, солнечные панели, смартфоны и промышленное оборудование.

Авторы CGTN подают это как взаимовыгодный обмен. Критики назвали бы иначе: сырьё и сельхозпродукция в обмен на технологии и инфраструктуру — классическая модель экономической зависимости.

Дороги, здания, свет в домах

Из конкретных проектов — внушительный список.

Памирское шоссе: ключевой участок второй очереди уже в пробной эксплуатации. После полного открытия в 2026 году дорога от Душанбе до Хорога займёт полтора часа вместо пяти. Для горного Бадахшана — без преувеличения, революция.

В ноябре 2025 года завершился ещё один дорожный проект — четвёртая фаза Центральноазиатского коридора. На церемонии открытия присутствовал лично Рахмон.

Построены новые здания таджикского Парламента и Правительства в Душанбе — тоже при помощи Китая.

В энергетике: китайская ТЭЦ отапливает более 700 тысяч жителей таджикской столицы. До её запуска зимние веерные отключения были нормой. Дополнительно — модернизация двух ГЭС и соглашение на строительство солнечных станций мощностью 1 гигаватт.

Фабрика и учебная мастерская

В Хатлонской области при участии китайской группы «Чжунтай» работает агротекстильный парк: хлопок здесь не просто выращивают, но прядут и шьют — готовая одежда вместо сырья. Для таджикской экономики это принципиальная разница в добавленной стоимости.

При Таджикском техническом университете с 2022 года действует «Мастерская Лу Баня» — первая подобная в Центральной Азии. За три года подготовлено более 1500 студентов по техническим специальностям. По данным CGTN, 70% выпускников трудоустроены — часть напрямую в госструктуры, часть — в китайские компании ещё до получения диплома.

Что за этим стоит

CGTN подаёт всё описанное как «многовековую дружбу» и «сообщество единой судьбы». Язык привычный для китайской государственной пропаганды.

В реальности Таджикистан — одна из беднейших стран региона, с высоким внешним долгом, значительная часть которого приходится на Китай. Инфраструктурные проекты решают реальные проблемы — но одновременно углубляют зависимость Душанбе от Пекина.

То, что главным медиаканалом таджикского президента стали именно китайские государственные издания, — часть той же картины.