«Город стал чужим»: жители Душанбе все чаще говорят о кризисе урбанизации столицы
В Душанбе растет общественное недовольство тем, как за последние годы меняется столица Таджикистана. Одним из поводов для широкой дискуссии стал пост журналистки Зебо Таджибаева, в котором она описала ощущение утраты «человеческого» Душанбе — зеленого, уютного и комфортного города, каким его помнят многие жители.
По словам Таджибаевой, проблема уже давно вышла за рамки обычных бытовых неудобств. Речь идет не только о пробках, шуме и перенаселении. Все больше людей говорят о том, что столица потеряла культуру совместной жизни: дворы превращаются в бетонные площадки, исчезают деревья и общественные пространства, а агрессия, хаос и шум становятся новой нормой городской среды.
«Ощущение, что Душанбе перестал быть продуманным, зеленым и человеческим городом и начал жить по принципу: “куда еще можно воткнуть один дом”», — пишет журналистка.
Особое недовольство вызывает хаотичная застройка центра города. Вместо общественных пространств, парков и низкоэтажной городской среды в исторических районах появляются десятки высотных жилых комплексов — зачастую без соответствующей инфраструктуры, парковок, школ и зеленых зон.
Жители в комментариях под публикацией массово поддержали эти оценки. Многие отмечают, что Душанбе за последние 10–15 лет стал морально тяжелым для жизни.
«Не чувствую город своим уже последние 10 лет», — пишет одна из пользовательниц.
Другие сравнивают происходящее с «брюсселизацией» — термином, обозначающим хаотичное уничтожение исторической городской среды ради коммерческой застройки.
«Новые застройки напрочь уничтожили былой дух Душанбе как столицы, уничтожили городское тепло, культуру, эмпатию, чистоту и любовь к городу», — говорится в одном из комментариев.
Горожане также обращают внимание на транспортный коллапс и шумовую агрессию. Один из комментаторов отдельно упоминает агрессивную атмосферу в общественном транспорте и поведение кондукторов, которое, по его словам, «заслуживает отдельной статьи в кодексе административных правонарушений».
Жители жалуются на уничтожение дворов и деревьев. В одном из обсуждений пользовательница рассказывает, что на месте их трехэтажного дома планируется строительство 25-этажного комплекса, при этом двор фактически исчезнет, а оставшиеся деревья будут вырублены.
«Бедные дети — им даже погулять негде», — пишет другая жительница, вспоминая старые микрорайоны Душанбе с зелеными дворами и детскими площадками.
Некоторые комментаторы признаются, что психологически больше не могут жить в столице, несмотря на любовь к родному городу.
Комментаторы также вспоминают Душанбе 1990-х и 2000-х годов — даже несмотря на тяжелые времена, перебои с водой и отсутствие отопления, тогда, по их словам, город оставался более «живым» и человечным.
«Сейчас вроде бы и дома тепло, и вода есть, а жить морально стало тяжелее», — говорится в одном из комментариев.
«Это какие-то абьюзивные отношения. Приезжаю — и не могу», — пишет одна из жительниц Душанбе.
Часть участников дискуссии связывает происходящее с отсутствием продуманной городской политики и нежеланием властей прислушиваться к экспертам и активистам.
На этом фоне логичным звучали бы и вопросы и о политической ответственности руководства столицы. Уже около десяти лет Душанбе возглавляет Рустам Эмомали — сын президента Эмомали Рахмон, которого многие считают наиболее вероятным преемником своего отца на посту главы государства.
Однако растущее недовольство состоянием столицы все чаще приводит к вопросу: если за годы управления Душанбе город, по мнению многих жителей, стал менее комфортным и менее пригодным для жизни, то сможет ли нынешний мэр эффективно справиться с управлением всей страной.
Пока власти продолжают говорить о модернизации и развитии, значительная часть горожан все чаще воспринимает происходящее как потерю того Душанбе, который они считали своим домом.
