«Дуои модар» в Хороге. Памятник матери или матери Рахмона?
В Хороге установили новый монумент «Дуои модар». Официально он посвящён материнскому благословению и выражает уважение ко всем матерям Таджикистана. Однако история таких комплексов, сходство женского образа с матерью Эмомали Рахмона и прежние споры вокруг памятника в Кулябе позволяют увидеть в нём другой смысл.
В пользу этого говорит и облик новой скульптуры. В памятнике, установленном в центре Памира, практически нет узнаваемых черт местной женской одежды. Вместо образа памирской матери здесь повторена композиция, которую в других городах уже связывали с матерью президента.
Откуда возникло это сравнение
Первый комплекс «Дуои модар» появился возле аэропорта Худжанда в 2021 году. После его открытия многие обратили внимание на сходство статуи с матерью Эмомали Рахмона. На церемонии президент не смог сдержать слёз, что только усилило эти ассоциации.
В 2022 году похожий комплекс открыли в Кулябе. Именно там история получила продолжение. Источники Радио Озоди сообщали, что установленная статуя не понравилась президенту, поскольку изображённая женщина не была похожа на его мать. Участники церемонии утверждали, что Рахмон высказал это недовольство вслух.
Другие собеседники издания отмечали, что скульптура больше напоминала мать тогдашнего мэра Куляба Бахтиёра Назарзода. После этого появились сообщения о возможной переделке памятника. Власти города публично их не комментировали.
Официального документа, в котором «Дуои модар» назывался бы памятником матери президента, нет. Формально власти представляют эти комплексы как дань уважения всем таджикским матерям. Но история в Кулябе показывает, что сходство статуи с матерью Рахмона имело значение и обсуждалось не только в социальных сетях.
Почему это важно для Хорога
В ноябре 2025 года Pamir Inside писал о начале строительства комплекса в районе Носири Хусрав в Хороге. Тогда источники издания в администрации ГБАО отмечали, что на подобные инициативы чиновникам легче получить финансирование. По их словам, такие проекты одновременно позволяют местным властям демонстрировать лояльность президенту.
Теперь комплекс завершён, и его внешний вид усиливает прежние вопросы. Если памятник действительно задуман как собирательный образ матери, то в Хороге логично было бы обратиться к культурным традициям самого Памира.
Памирские народы отличаются языками, обычаями и традиционной одеждой. Женские костюмы различаются от долины к долине, поэтому говорить о единственном памирском образе было бы неправильно. Однако местные ткани, орнаменты, головные уборы и элементы кроя могли сделать памятник узнаваемым и близким жителям региона.
Авторы выбрали другое решение. Женщина на монументе почти не имеет выраженных памирских черт и повторяет универсальный образ, использованный в других городах Таджикистана. Это выглядит не как попытка представить матерей ГБАО, а как продолжение уже сложившейся государственной серии.
Общий символ или семейный образ
Само по себе внешнее сходство статуи с конкретным человеком ещё не доказывает, что памятник официально посвящён ему. Однако в случае с «Дуои модар» речь идёт не об одной случайной детали.
Сначала появился памятник в Худжанде, который общественность сравнила с матерью президента. Затем возник скандал в Кулябе, где, по словам источников, Рахмону не понравилось отсутствие такого сходства. После этого аналогичные комплексы начали появляться в других городах. Теперь тот же образ установлен и в Хороге, почти без учёта местной культуры.
Всё это меняет восприятие монумента. Формально перед нами памятник материнству. Но повторение одного образа и прежняя реакция на его несходство с матерью президента дают основания видеть в этой серии элемент символического возвеличивания семьи главы государства.
Поэтому вопрос заключается уже не только в отсутствии памирской одежды. Если «Дуои модар» посвящён всем матерям, почему в Хороге в нём почти не видно женщин Памира? И почему в истории этих памятников так важно, насколько изображённая женщина похожа на мать Эмомали Рахмона?
