Итоги недели: ГБАО, Таджикистан, Центральная Азия. 8-13 июня 2026 года
Горно-Бадахшанская автономная область — главное
На этой неделе в Горно-Бадахшанской автономной области вновь сошлись несколько ключевых тем: смерть уроженца региона в заключении, энергетические проекты в Мургабе, вопрос памирских языков перед будущей переписью и осторожное возвращение международного внимания к региону.
В колонии Душанбе скончался бывший полковник МВД Рамзи Шосулаймонов, 46-летний уроженец ГБАО. Это уже седьмой известный случай гибели уроженца региона в тюрьмах Таджикистана. Обстоятельства его смерти требуют отдельного внимания, поскольку после событий 2022 года семьи заключённых из ГБАО всё чаще сообщают об ограниченном доступе к информации, давлении и отсутствии прозрачного расследования подобных случаев.
На этом фоне в Мургабском районе продолжаются энергетические проекты. В регионе готовится к запуску первая ветровая электростанция мощностью 200 кВт. Рядом уже работают 22 солнечные станции общей мощностью 13 МВт. Проекты реализует «Памир Энерджи» при поддержке правительства Таджикистана и Всемирного банка. К 35-летию независимости страны также планируется ввести ещё семь солнечных электростанций общей мощностью 540 кВт.
Для Мургаба это важный шаг, поскольку высокогорный район остаётся одним из самых сложных с точки зрения климата, логистики и доступа к стабильной электроэнергии. Однако энергетическое развитие региона происходит на фоне общей изоляции ГБАО и сокращения международного присутствия после 2022 года.
Ещё одна важная тема недели — будущая перепись населения. Таджикистан планирует провести её в октябре 2030 года. С советского периода, начиная с переписи 1926 года, малые языки в Таджикистане практически не учитывались как самостоятельный фактор. Для ГБАО это принципиальный вопрос: будут ли власти готовы зафиксировать памирские языки — шугнанский, рушанский, ваханский и другие — на фоне демографического кризиса, миграции молодёжи и постепенного исчезновения языковой среды?
Также на этой неделе делегация Швейцарского офиса сотрудничества посетила Хорог. Цели нынешнего визита и конкретная программа пребывания делегации в ГБАО публично не были раскрыты. Сам факт визита важен, поскольку после 2022 года присутствие международных организаций в регионе заметно сократилось. Швейцария остаётся одним из немногих крупных партнёров, продолжающих работать с ГБАО в сферах энергетики, водоснабжения и климата.
Таджикистан
На общенациональном уровне неделя показала несколько устойчивых тенденций. В частности, усиление символического контроля над пространством, давление на оппозицию и родственников бывших силовиков, растущую зависимость от внешних партнёров и избирательность правосудия.
Таджикистан переименовал крупнейший ледник мира за пределами полярных регионов — ледник Ванджях — в ледник «Таджикистан». Соответствующее постановление было подписано 3 июня 2026 года. Это уже второе переименование за последние три года и часть более широкой политики властей по замене исторических и локальных географических названий на унифицированные официальные формулировки.
Новое название меняет сам принцип восприятия территории так как ледник перестаёт быть связанным с конкретным местом и локальной историей и превращается в символ общенационального пространства. При этом такая практика противоречит прежней позиции властей, которые ранее выступали против повторения однотипных названий.
В политической сфере Партия исламского возрождения Таджикистана объявила о трансформации в движение «Исламское возрождение Таджикистана». Лидер ПИВТ Мухиддин Кабири объяснил это отсутствием условий для партийной деятельности внутри страны. По его словам, название «партия» может быть возвращено, если в Таджикистане восстановятся политические условия для легальной оппозиционной деятельности.
Экономическая повестка также остаётся противоречивой. Президент Эмомали Рахмон потребовал к 2029 году построить четыре цементных завода общей мощностью 6 млн тонн. Однако такой план выглядит трудно реализуемым: новые мощности могут потребовать до 15–20% всей промышленной электроэнергии страны. При этом уже в декабре 2025 года в Таджикистане вводились ограничения из-за энергетического дефицита.
Власти также конфисковали дом второй жены Мирзокарима Назарова, брата бывшего заместителя министра обороны Абдухалима Назарзоды. Женщина не проходит по обвинению, а жильё, по имеющейся информации, было приобретено до её связи с Назаровым. Однако она теряет дом в рамках более широкой репрессивной практики, когда давление распространяется не только на обвиняемых, но и на их родственников и близкое окружение. При этом статус второй жены в Таджикистане юридически не признаётся.
ЕБРР прогнозирует замедление экономического роста Таджикистана после 2026 года. Среди основных рисков называются зависимость от России, влияние миграционных переводов и возможный рост инфляции из-за цен на энергоносители.
Отдельное внимание привлекла информация о возможном переводе более 200 гражданок Таджикистана из российских тюрем на родину к сентябрю 2026 года. В Нурекской женской колонии, по данным источников, строятся дополнительные объекты для их размещения. Таджикские власти пока не дали подробных публичных разъяснений по этому вопросу.
Во внешнеэкономической политике Душанбе всё активнее продвигает тему критически важных минералов. Министр промышленности и новых технологий Шерали Кабир и спецпосланник президента США Серджио Гор обсудили сотрудничество в этой сфере. Таджикистан заявляет о наличии около 800 месторождений, включая литий, сурьму, медь и редкоземельные элементы. Эти ресурсы становятся всё более важными в контексте глобального перехода к «зелёной» экономике.
Одновременно растёт роль Китая в гуманитарной и образовательной сфере. 10 июня представители Министерства образования Таджикистана встретились с делегацией Минобразования Китая и поддержали соглашение о развитии преподавания китайского языка. Для Душанбе это означает доступ к технологиям, грантам и образовательным программам. Однако эксперты отмечают, что образование остаётся одним из ключевых инструментов «мягкой силы» Китая для укрепления своего присутствия в регионе.
Наиболее показательной темой недели стало решение Душанбинского городского суда по делу о миллиардных хищениях в Международном аэропорту Душанбе. Пятеро бывших должностных лиц аэропорта, обвинённых в хищении 1,2 млрд сомони, были приговорены к штрафам с последующим освобождением. Это дело вновь показало «эффект своих»: за преступления такого масштаба представители системы получают символические наказания, тогда как за несогласие с властью оппозиционеры, активисты и их родственники сталкиваются с тяжёлыми сроками и репрессиями.
На этом фоне против двух бухгалтеров Института ботаники Национальной академии наук возбуждено дело о присвоении 1 млн сомони из средств, предназначенных для зарплаты. Им может грозить до 15 лет лишения свободы. Решение по делу пока не вынесено.
Центральная Азия и миграция
В региональной повестке на этой неделе заметное место заняли безопасность, Афганистан, культурное наследие и трудовая миграция.
США и страны Центральной Азии в рамках формата C5+1 договорились о запуске новой платформы сотрудничества правоохранительных органов для борьбы с незаконным оборотом культурных ценностей и усиления охраны границ. Инициатива была объявлена на встрече министров культуры C5+1 в Ташкенте с участием представителей США, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана.
Министры внутренних дел Таджикистана и Пакистана обсудили в Бишкеке угрозы, исходящие от террористических организаций в Афганистане. Душанбе обеспокоен деятельностью группировок «Ансаруллах» и ИГИЛ-Хорасан, тогда как Исламабад обвиняет Кабул в поддержке «Техрик-и-Талибан Пакистан». Афганские власти все эти обвинения отвергают.
В самом Афганистане лидер талибов Хайбатулла Ахундзада запретил членам группировки и государственным служащим пользоваться смартфонами. Нарушителей, как сообщается, будут привлекать к ответственности через военные суды. Ранее талибы уже запрещали ученикам приносить смартфоны в школы.
Германия, в свою очередь, запускает программу привлечения 20 узбекских медиков в 2026 году для борьбы с нехваткой кадров в сфере ухода. Срок признания квалификации должен составить около одного года. Для Узбекистана это пример институционализированной трудовой миграции, тогда как в Таджикистане подобные масштабные программы пока не налажены.
Ситуация на афганско-пакистанской границе также остаётся напряжённой. Афганистан возобновил военную операцию против Пакистана после авиаударов по трём провинциям. По имеющимся данным, погибли 13 человек, среди них 11 детей, ещё 14 человек пострадали. Пакистан официально не подтвердил нанесение ударов. С начала 2026 года из-за эскалации в приграничных районах погибли сотни мирных жителей.
Россия и миграция
Россия продолжает ужесточать миграционные правила, что напрямую затрагивает граждан Таджикистана и выходцев из ГБАО.
С 1 сентября 2026 года срок прохождения обязательного медобследования для мигрантов сокращается с 90 до 30 дней после въезда. За уклонение от проверки предусмотрены штрафы и выдворение. Кроме того, вводится требование ежегодного прохождения медосмотров.
Президент России Владимир Путин подписал закон, который более чем в 12 раз повышает штрафы для иностранцев за отказ от обязательного медосмотра. Эти изменения также вступят в силу 1 сентября 2026 года.
Одновременно Госдума запретила депортировать иностранцев, заключивших контракт с Министерством обороны России и участвующих в боевых действиях в Украине. Закон принят на фоне сообщений о вербовке более 10 тысяч человек из Центральной Азии. Для мигрантов это создаёт опасную правовую ловушку: участие в войне фактически может использоваться как способ избежать депортации, но одновременно несёт прямые риски для жизни и правового статуса.
Что это означает для ГБАО
Неделя вновь показала, что ГБАО остаётся в состоянии двойного давления. С одной стороны, в регионе развиваются энергетические проекты, особенно в Мургабе, где запуск ветровой станции и работа солнечных электростанций могут улучшить доступ к электроэнергии. С другой стороны, регион остаётся в изоляции, а международное присутствие после 2022 года всё ещё ограничено.
Будущая перепись 2030 года может стать важным моментом для памирских языков. Если власти действительно зафиксируют шугнанский, рушанский, ваханский и другие языки, это будет шагом к признанию культурного и языкового многообразия страны. Если нет, памирские языки вновь останутся невидимыми в официальной статистике — на фоне миграции, низкого демографического прироста и постепенного исчезновения языковой среды.
Смерть Рамзи Шосулаймонова в колонии Душанбе усиливает тревогу за судьбу уроженцев ГБАО, находящихся в заключении. После 2022 года подобные случаи воспринимаются не как отдельные трагедии, а как часть более широкой картины репрессий, непрозрачности и давления на регион.
Для памирской диаспоры эта неделя также важна: ужесточение миграционных правил в России и рост контроля над мигрантами создают новые риски для выходцев из Таджикистана, включая жителей ГБАО. Внутри региона давление сохраняется, за его пределами правовая неопределённость также растёт.
Вопрос недели
Захотят ли власти Таджикистана зафиксировать памирские языки в переписи 2030 года на фоне демографического кризиса, миграции молодёжи и исчезновения языковой среды в ГБАО?
Примечание редакции
Редакция Pamir Inside работает в условиях ограниченного доступа к источникам и повышенных рисков для информаторов. Мы публикуем только ту информацию, которую удалось подтвердить, либо корректно обозначаем степень её достоверности.
